История происхождения Михаила Ломоносова окружена множеством предположений и споров. Один из самых обсуждаемых вопросов — действительно ли великий ученый был помором по своему происхождению и образу жизни.
Я не могу дать однозначного ответа, поскольку в исторической литературе встречаются убедительные аргументы как в пользу этой версии, так и против нее. Достоверно известно, что Михаил Васильевич появился на свет в 1711 году в деревне Мишанинской, которая входила в состав Архангелогородской губернии. Его отец, Василий Дорофеевич, был состоятельным крестьянином.
Никто из исследователей не оспаривает тот факт, что отец Ломоносова занимался морскими промыслами в Белом море. Сначала он ходил в море один, а позже стал брать с собой и сына. Именно в этих суровых путешествиях будущий гений наблюдал за природными явлениями и закалял свой характер.
Ряд экспертов считает, что, несмотря на близость к морю и участие в промыслах, это еще не делает семью Ломоносовых поморами в строгом смысле слова. Считается, что первым, кто назвал Михаила Васильевича «помором», был историк Владимир Ламанский. Однако это утверждение далеко не бесспорно.
Сам Ломоносов, описывая свое происхождение, никогда не использовал это слово. В официальных документах он указывал:
«Рождением-де он дворцовой Куростровской деревни крестьянина Василия Дорофеева сын, и тот-де его отец и поныне в той деревне обретается с прочими крестьяны и положен в подушный оклад».Вопрос осложняется еще и тем, что само понятие «поморы» довольно расплывчато. Не существует четких критериев, по которым человека можно было бы однозначно отнести к этой группе.
«Поморы - самобытная этнографическая и этнорелигиозная группа старожильческого русского и финно-угорского населения на Белом море, а также на побережьях северных рек Мезень, Печора, Онега и Северная Двина».Если опираться на это определение, то деревня, где родился ученый, действительно расположена на Северной Двине. С этой точки зрения, его вполне можно причислить к поморам. Лично мне не совсем понятно, зачем нужны такие споры. Он ведь и правда родился у Белого моря, промышлял на нем и с детства впитал уникальную культуру поморского края. Почему бы не считать его частью этого сообщества прибрежных жителей?
Легенда об отце
Но оставим в стороне дискуссии о происхождении. Я хочу рассказать одну историю, связанную с гибелью его отца. Есть такой писатель — Борис Викторович Шергин, известный своими произведениями о жизни поморов. В книге «Слово о Ломоносове» он приводит следующую легенду:
«Последнюю ночь корабельного плавания (Ломоносов) не спал, в каюту не заходил. Так и стоял, так и ждал, скоро ли-де всплывет русский берег. «…Но на рассвете вздремнул и увидел сон необыкновенный. Вижу, будто мой корабль огибает остров Моржовец, что в горле Белого моря.
Вхожу в губу Глухую. Падает снег. На берегу карбас, в нем, под снежной пеленою, человеческое тело. Я рукою охитил снег с лица и… узнаю отца. Он испытно глядит на меня и вопрошает: «Дитятко, ты меня на страшном суде не будешь уличать, что я тебе встать на ноги не пособил?»И я будто отвечаю ему:– Нет, татушка, не буду. А ты на меня вечному судии не явишь, что я тебя при старости лет бросил?– Нету твоей вины, дитятко!И тут его накрыла метель. Это побережье Моржовца мы не раз навещали с отцом ради промысла. В Петербурге я поспешил разыскать своих земляков-двинян, весенних гостей столицы. Они уже стояли кораблями на Неве. Здесь встретило меня известие, что отцов корабль не вернулся прошлой осенью с промысла. Неведомо и то: на каких берегах погиб…– Я, – рассказывает далее Ломоносов, – немедля отправил на родину депешу, дабы искали в Глухой моржовецкой губе. Послал и деньги, потребные к расходу по сей экспедиции. Снаряженный из Архангельска гальот нашел останки отца моего в указанном мною месте. Понеже грунт явился кремнист, накрыли кости бревенчатым обрубцем».Остров спасения
Эта история привлекла мое внимание, потому что в этом году мне довелось побывать на Моржовце. Этот остров, благодаря своему удачному расположению (других укрытий поблизости нет), с древних времен служил убежищем от штормов и непогоды не только для охотников, промышлявших в Белом море, но и для всех мореплавателей. Неслучайно его называли «островом спасения».
Таким образом, нельзя сказать, что история, связанная с отцом Ломоносова, или что-то подобное не могло произойти в принципе. Было ли это на самом деле или это красивая легенда — решать уже вам.
