Мой профессиональный путь когда-то был связан с реставрацией берегоукрепительных сооружений — тех самых массивных стен, что охраняют железнодорожные пути от ярости морских волн. Наверняка вы их замечали, путешествуя по черноморскому побережью Кавказа.
Мне довелось работать в посёлке Детляжка, расположенном примерно на середине пути между Сочи и Лазаревским.
Борьба со стихией и временные решения
Чтобы получить доступ к повреждённым участкам стены, нам приходилось создавать целые искусственные пляжи, которые служили временными подъездными путями. Мы ограждали их бетонными блоками, а в море выстраивали цепь волноломов — гигантских бетонных глыб.
Уже тогда, на месте, я видел явные просчёты в проектной документации. Принимаемые меры были недостаточно эффективными: пляжи постоянно размывало, и нам приходилось снова и снова подсыпать тонны песка и щебня. Во время сильных штормов работу и вовсе смывало, и всё нужно было начинать заново.
Единственно верным решением, на мой взгляд, были бы волнорезы — бетонные пирсы, создающие искусственные бухты.
Мираж процветания и олимпийская лихорадка
Местные жители, однако, смотрели на нашу стройку с большим оптимизмом. Они рассчитывали, что после отъезда строителей останутся прекрасные благоустроенные пляжи. Именно тогда и начался бум частного строительства — стали расти мини-гостиницы и пансионаты. Мы с коллегами тоже поддались азарту и купили участок, но, к счастью, вовремя одумались. Это отдельная история. А потом грянула новость об Олимпиаде в Сочи, и ажиотаж достиг своего пика... С тех пор прошло десять лет.
Возвращение в Детляжку: картина упадка
Недавно, возвращаясь из Адлера, я по старой памяти свернул в Детляжку. Ещё не доехав до моря, я увидел пейзажи, достойные стать декорациями для фильма о постапокалипсисе.
Надпись «Продаю/сдам в аренду» — красноречивое свидетельство сегодняшнего дня.
Некоторым удалось достроить свои гостиницы, и теперь они отчаянно пытаются их продать или сдать. Другим, как ни парадоксально, повезло больше — они не успели достроиться и потому потеряли меньше денег.
Этот отель начали возводить ещё при мне, в 2007 году. Похоже, проект умер, так и не родившись.
Объявления о сдаче номеров висят, но это не реклама. Я бы ни за что не остановился здесь. Сейчас станет понятно почему.
Трагедия берега
А это то, что осталось от «пляжа». Как я и предполагал, его окончательно смыло. Тот небольшой пятачок на переднем плане — это нанос, созданный местной речкой, которая, увы, превратилась в зловонный сток для канализационных отходов. Купаться в такой воде, разумеется, невозможно.
Особенно горько осознавать, что к мнению нас, практиков, не прислушались. Вместо неэффективных волноломов можно было установить те самые волнорезы — бетонные пирсы. Они работают как искусственные мысы, между которыми в спокойных мини-бухтах естественным образом намывается песок. Именно такую, работающую систему я видел в Адлере.
Но голос простого строителя ничего не значил. Проект разрабатывал целый научный институт, и их расчёты считались неоспоримыми. Наша задача сводилась лишь к тому, чтобы воплотить их на бумаге в жизнь, какой бы ошибочной она ни была.
Похожая печальная картина, как я слышал, и в соседней Нижней Беранде. Дальше ехать и смотреть мне уже не хватило духа — слишком уж грустно.
Эпилог: капля в море
Как же обидно, что при такой протяжённости и красоте нашей береговой линии, к ней относятся с поразительным равнодушием. Потерять несколько километров пляжей, похоже, не считается большой проблемой. Видимо, мы действительно очень богатая страна, если можем позволить себе такие потери. На этот раз — в прямом смысле в Чёрном море.
Вот такой получился грустный дорожный очерк. Спасибо, что прочитали и разделили эти мысли. Если интересны подобные наблюдения, подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории.
Возможно, вам также будет интересен мой пост о том, почему я мысленно делю Чёрное море на две части: ДО Туапсе и ПОСЛЕ.
