После небольшой остановки на Ладоге мы направились на реку Свирь. Этот маршрут был для нас не первым — мы уже ходили здесь ранее, поэтому сейчас фактически повторяли пройденный путь. Река погрузилась в полную темноту, но судовой ход отлично размечен светящимися буями, да и у меня были подробные карты внутренних водных путей, так что трудностей не возникло. Честно говоря, ходить и по Неве, и по Свири можно сутками — навигация здесь организована очень грамотно.
Свирь встретила нас огромным масляным пятном, разлившимся где-то выше по течению. Это зрелище произвело на меня сильное впечатление, поэтому я рассказываю о нём отдельно. Ничего подобного раньше не видел. Сначала я почувствовал странный запах, витавший в воздухе, а потом, приглядевшись, заметил, что уже долгое время мы идём по почти зеркальной воде, хотя дул довольно свежий ветер, и по логике должна была быть рябь. Я заглянул за борт — наша лодка действительно рассекала идеально гладкую поверхность, которая переливалась перламутром в слабом свете ночного неба и наших навигационных огней. Невероятно!
Первая ночёвка и свирские особенности
Вскоре пятно осталось позади, и я переключился на первую задачу — поиск места для ночёвки. Если не гнать на скорости, то вопрос ночлега встаёт довольно остро. Свирь — река неглубокая и неширокая, при этом по ней ходит много крупных судов. Помню, когда мы шли здесь впервые, то попытались встать на ночь на тримаране в первом же расширении русла у бережка, который показался мне подходящим. Мы растянули лодку на двух якорях — всё выглядело надёжно. Но вот из-за поворота показался танкер, который степенно прошёл мимо. Через несколько секунд на нас накатила большая волна, а потом вся вода вокруг пришла в движение. Якоря сразу поползли, и тримаран потащило прямо в реку, вслед за уходящим судном. Тогда нам пришлось срочно искать более безопасное место, а позже я прочитал о явлении, которое в народе называют «тягун» — в условиях неглубоких рек часто возникает именно такой эффект.
Поэтому на Свири к выбору стоянки нужно подходить очень ответственно. К счастью, подходящих мест здесь много. В этот раз первую ночёвку мы устроили в Загубской губе. Это большой залив недалеко от устья, и, глядя на карту, сложно поверить, что там может стоять килевая яхта. Но мы рискнули и с помощью эхолота без проблем зашли туда даже в полной темноте. Шли вдоль северного берега, где стоит створ. Глубина там была около полутора метров, а в самой губе — 3–4 метра. Ни течения, ни ветра, ни скопления лодок.
Загубская губа Мы отлично постояли, а утром двинулись дальше. По пути можно зайти в реки Паша и Оять — там тоже можно безопасно остановиться. Правда, высоко по этим рекам на лодке с большой осадкой я бы подниматься не рискнул. На тримаране мы заходили по Ояти почти до автомобильного моста, но на эхолоте видели много топляка.
Загубская губа Стоянки, шлюзы и неожиданные сюрпризы
Следующая наша стоянка в этом году была где-то в районе реки Сыпярка — просто расширение русла, причём судовой ход проходит далеко, да ещё и участок там с односторонним движением, так что все идут медленно, никому не мешая. От этого места на следующий день мы дошли до Нижнесвирского шлюза, где нас почти сразу отшлюзовали перед встречным пароходом, причём в камере мы были одни. Помню, что в прошлый раз, идя здесь, мы стояли целый день на якоре на тримаране в нижнем бьефе местной ГЭС. Место для стоянки — прекрасное. Однако тогда мы столкнулись ещё с одним свирским «приколом», который может быть опасен для килевых яхт и некоторых катеров.
Лодейное поле Дело в том, что уровень воды в реке, особенно возле двух её шлюзов, может сильно меняться за короткое время — он регулируется искусственно. Я не знаю всех технических деталей, но иногда воду сбрасывают из водохранилищ, и тогда уровень растёт. Одновременно ускоряется течение, а река наполняется всяким мусором — по ней плывут коряги и целые деревья. Если же в системе не хватает воды, оператор может сильно ограничить её прохождение через ГЭС, и тогда река в некоторых местах очень быстро мелеет.
Так и случилось в прошлый раз: мы встали на якоря у берега на глубине больше метра, а ночью проснулись уже на суше. К счастью, на следующий день воду подлили, и мы поспешно отошли на более глубокое место. Понятно, что на нашей новой килевой яхте попасть в такую переделку было бы крайне неприятно.
Обанкротившийся подпорожский речной порт От Нижнесвирского шлюза мы дошли почти до Подпорожья и заночевали возле Погры. Там река делает крутой поворот и расширяется. Крупные суда проходят там медленно, поэтому стоянка удобна и безопасна.
Однако сразу за Погрой начинается довольно сложный участок — железнодорожный мост. Течение там настолько сильное, что мы еле проползли под ним. К тому же высота моста очень небольшая — чуть больше 10 метров.
Подпорожье и дальше
Дальше идёт Верхнесвирский шлюз в Подпорожье. Там нам пришлось ждать шлюзования целый день. В прошлый раз, на тримаране, мы, как и на Нижнесвирском шлюзе, стояли в бьефе ГЭС. Я не помнил точных глубин и попытался повторить этот манёвр на яхте.
И почти сразу слегка ударил килем то ли о топляк, то ли о камень. Всё происходило прямо в пределах рейда, так что здесь нужно быть очень внимательным. Это при том, что эхолот не показывал никаких препятствий.
Отличное место для стоянки находится в водохранилище выше плотины. И в тот раз, и в этот мы провели там весь следующий день, а потом отправились дальше.
Мы вынужденно переждали непогоду рядом с Ивинским разливом, а потом стояли уже в Вознесенье. Там река образует множество живописных заливов, так что описывать эти стоянки подробно не буду. Из Вознесенья мы вышли в Онежское озеро и направились прямиком в Петрозаводск, но это уже совсем другая история.