Надеюсь, прохладный оттенок фотографии передает ощущение температуры, которая царила в тот день.
О терминах: ойкумена и фронтир
Чтобы не показаться излишне заумным, сразу поясню термины, которые вынес в заголовок.
Ойкумена — это часть мира, освоенная человечеством. В нашем, более узком контексте, это зона основного расселения. Если вспомнить школьный курс географии, её часто изображают в виде треугольника с вершинами в Краснодаре, Санкт-Петербурге и Красноярске. Всё, что за его пределами — это уже линейные или точечные вкрапления цивилизации.
Фронтир — здесь я опираюсь на интерпретацию географа Н. Ю. Замятиной. Это зона, где привычный образ жизни либо сильно затруднён, либо вовсе невозможен. Классически к фронтиру относят активно осваивавшиеся в советское время территории вроде Магадана или Норильска. На мой взгляд, Европейский Север России — это тоже особая, пограничная территория, сильно отличающаяся от средней полосы.
И Вологда, по сути, оказывается именно таким пограничьем — местом встречи центральной России и севера.
Вид абсолютно великолепный.
Сразу оговорюсь: знакомство с городом было сопряжено с объективными сложностями. Местные жители, простите, если что-то упустил. Читатели, не судите строго за возможную краткость.
Утро в плацкарте и первая встреча с морозом
...Картина: 7:45 утра, 2 января, плацкартный вагон. Темно, светят только лампочки в тамбурах. Динамик бодро вещает, что в вагоне «тепло» — минус 25. За бортом в это время — минус 29.
— Разница почти в 55 градусов, как ты? — спрашивает меня Володя.
Нет, я закалённый. Вспоминаются свои «выходы в открытый космос» на морозе во многих поездках. Главное, чтобы снаряжение не подвело.
Иду за спящими пассажирами, укутанными в одеяла. У нас, чудаков, свой путь — исследовать Вологду в любую погоду. Через несколько часов Володя уедет в Москву, а у меня вечерний поезд на Киров.
Спазм в лёгких от первого глотка ледяного воздуха. В нём висит тяжёлый запах, похожий на мазут или креозот. Зато я окончательно проснулся — ночью почти не спал из-за бабушек, болтавших без умолку ещё с Архангельска.
К моменту выхода на перрон (поезд, кстати, встал не на первый путь) ресницы уже покрылись ледяной коркой. Такого я не припомню ни в Архангельске, ни в Северодвинске.
— Борода — плохой индикатор, — рассуждаю я. — Ниже минус десяти на ней уже сосульки. А вот если мёрзнут ресницы — это точно за минус двадцать. А при минус тридцати кажется, что глазное яблоко застывает.
Завтракать в поезде не стали — места у нас были вразнобой, поэтому отправились в единственное открытое в 8 утра 2 января заведение — уставший «Вкусный пункт». Приезжим из Москвы сразу скажу: здесь, как и везде в провинции, предпочитают «Макдоналдс». Справедливости ради, больше в это время ничего и не работало.
Проходим мимо молочного комбината — по сути, местного отраслевого бренда. Но мысли мои заняты другим: как бы согреться?
В «Маке» мне удаётся зарядить химические грелки после завтрака. В этот раз подготовился основательнее: вместо маленьких пластинок под пятки — полноценные стельки! Традиционно в двухслойные перчатки закидываю пакетик с грелками.
Недалеко от смотровой площадки у памятника святому Герасиму.
Центр: где проходит граница?
Рассвело. Двигаемся в центр. Районы к югу от железной дороги (Ремсельмаш, Бывалово, Тепличный, Можайский) — это типичная смесь панельных многоэтажек, промзон, АЗС и торговых центров. Такое же сочетание можно увидеть в большинстве городов Центральной России.
Но стоит начать двигаться по улице Мира в сторону Кремля, как Вологда меняется. Если у вокзала ещё попадаются обычные пятиэтажки, формируя типичный индустриальный пейзаж, то в центре этажность постепенно снижается до двух, а кое-где и до одного. Словно где-то здесь, прямо на улицах Вологды, и проходит та самая граница между севером и центром!
Сретенская церковь.
Впрочем, эта граница весьма условна. Окрестности Кремля — старинная застройка: много частных домов, крепких двухэтажек (хотя некоторые в плачевном состоянии). Похожая картина и на противоположном берегу реки — церкви и колокольни стоят у самой воды, на пару кварталов вглубь тянутся частные владения, а потом вновь начинаются многоэтажки. Но переходы между этими историческими слоями плавные, нечёткие, размытые, капиллярные.
Дом с лилиями на пересечении улиц Чернышевского и Гоголя.
А вот обратная ситуация — огромный пустырь, который никак не используется. В Москве здесь давно бы поставили паркинг...
Заметьте, я намеренно избегаю слова «высотки», потому что мы их здесь как таковых и не видели. Плавный переход от частных одноэтажных домов к двухэтажным. Иногда дерево, иногда кирпич, иногда шлакоблок. Эти дома тоже разной высоты, но амплитуда небольшая. Прямо за ними — четырёхэтажные сталинки и ранние хрущёвки, а далее — серые кирпичные здания позднесоветской эпохи. Никаких «пальцев» или «дредноутов» в городской среде мы не обнаружили. Конечно, есть минусы в виде пустующих территорий и неэффективного землепользования... А где у нас в городах оно эффективно? На ум приходят разве что Екатеринбург и Сочи.
У Володи какие-то проблемы с камерой телефона.
С набережной у Кремля и с Ленивой площадки (именно здесь когда-то возникло вологодское поселение) открываются эффектные виды. Но каждый раз, доставая телефон, стараюсь сделать всё как можно быстрее... Мы следили не только за архитектурой, но и за уличными термометрами. Почти все показывали около минус тридцати!
Городские наблюдения: троллейбусы, снег и гравитация столицы
Перебираемся на противоположный берег, чтобы охватить ещё одну часть старого города. Многие знают, что Вологда могла стать столицей России — мы даже обсуждали это в одном из декабрьских подкастов. Но не сложилось. Сейчас это лишь административный центр области.
Сожалеем об утрате вологодского троллейбуса: провода кое-где ещё висят, но во многих местах они уже «зачехлены», а проще сказать — собраны в пучки. Рогатые больше не ездят. Движение на улицах слабое, но чему удивляться — в стране 2 января! Кстати, парковаться здесь оказалось проще, чем в Архангельске — наш автопром снова берёт своё, дорогие кроссоверы и внедорожники исчезают, чаще встречаются простые иномарки-седаны. Вообще, чувствуется гравитационное поле Москвы — все деньги, да и люди, судя по всему, стекаются туда.
Помимо доходов, ухудшилось и качество снега. В Вологде он ещё гораздо лучше московского (как и почти везде, кроме, пожалуй, Тынды и других угольных городов), но уже темнее, чем у Белого моря.
На стене одного из цехов деревообрабатывающего комбината — интересная мозаика.
Это не публичная оферта.
Действительно.
Мы с Володей так и не нашли столовую, где можно было бы поесть горячего. Поэтому не столько голодные, сколько замёрзшие, отправились на вокзал. У Вовки поезд через полтора часа, а мне нужно согреться и решить, что делать дальше. Мы не охватили центральную площадь города, но в целом наше продвижение было затруднено по объективной причине. Грубо говоря, дубак, блин!
Володя делает моё единственное фото в городе — у него давно села камера, и я в основном снимал сам. В половине четвёртого мы распрощались. Увидимся через неделю в столице.
Второй заход: в поисках тепла и еды
Я отогревался на вокзале около часа. Вовка оставил наказ — хорошо бы увидеть центр, где именно находится администрация, площадь, ёлка... Плюс хотелось закрыть гештальт в виде горячего обеда. Надоел фастфуд!
Температура не повышалась ни на йоту, хотя в городе было довольно солнечно. Антициклон? Кажется, будто вся Центральная Россия вымерзла!
Прихожу в центр по улице Галкинской. Здесь довольно интересно — я обнаружил резкий перепад в этажности. Из банальной пятиэтажки попадаешь в такой вот район.
Несколько мест, обозначенных как столовые, надёжно закрыты. Я съел немного супа, да. Грелки работают исправно, но каждая такая фотография стоит мне кончиков пальцев: потом хлопаешь себя в рукавицах, крепко сжимаешь грелки и ждёшь, пока кровь вернётся...
Выхожу на Советский проспект, на две главные площади города: Революции и Возрождения (неплохая смесь, да). Здесь красиво, относительно многолюдно (для такой погоды), ледяная тишина несколько разбавлена группами гуляющих горожан.
Памятник героям революции.
Администрация города.
Кружусь волчком по улицам Мира, Победы, Лермонтова, Каменного моста, дёргая ручки разных заведений. Всё закрыто! Естественно, карты показывали, что бизнес должен работать. В итоге у меня даже пропало желание есть горячее, хотелось просто согреться. К счастью, магазины открыты, и «Пятёрочка» выручила.
Через несколько минут, укрывшись в её тепле, отправляюсь дальше на поиски столовой.
Красивая рождественская ёлка на главной городской площади.
Выхожу на другую улицу, соединяющую центр и вокзал — Зосимовскую. И снова вижу красивое сочетание двухэтажных особнячков и типовых жилых домов.
Вот деревянные дома, явно не лачуги. Вроде бы везде два этажа, но высоты разные.
Буквально в квартале от них стоят симпатичные сталинские постройки. Четыре этажа!
Нет, всё закрыто. Поиск горячей еды в Вологде превратился в увлекательный, но довольно болезненный квест. У новогодних путешествий есть свои минусы, но о них как-то забываешь...
Красивая архитектура на улице Зосимовской.
Столовая: контингент и щи
В итоге я поел на вокзальной площади! Очень каноничная столовая с рейтингом 2,9 из 5. Заметно — простейший интерьер, металлические направляющие для подносов, аскетичное меню... Но самое колоритное здесь — публика.
Войдя, услышал пьяные выкрики одного из посетителей, который был с женой (гораздо моложе и привлекательнее). Они задели военного в форме. Тот явно не горел желанием конфликтовать, поэтому на выпады в духе «Какую форму носишь? Знаешь?!» практически не реагировал. Пока мне разогревали щи и второе, дебошира увела супруга.
Но тут военный и его товарищ начали создавать хрестоматийную атмосферу! Военный оказывал довольно настойчивые знаки внимания другой девушке, которая сидела одна и явно игнорировала амурные выпады. Не получив ответа, солдат и его друг в штатском включили на телефоне грустную песню из типичного армейского фольклора, поэтому поздний обед им пришлось уносить под это акустическое сопровождение и SMS о следующей командировке...
Но я ел щи!
Итоги пограничного города
Оставалась одна задача — купить сувенир. Вологду, наверное, придётся досматривать в другой раз, хотя самое интересное — центр, думаю, я взял за несколько заходов. Осматривать окраины, мало отличающиеся от других городов, уже не так заманчиво, поэтому, возможно, буду рассматривать Вологду как пункт для пересадки. Тем более, здесь явно чувствуется эта граница между средней полосой и редеющим севером.
Отсутствие шапки — опять же, только для кадра.
Остаток вечера провёл в зале ожидания, записывая впечатления и досматривая «Слово пацана». Грелки работали исправно, согревая полностью и выручая в критические моменты пребывания на холоде. Ночью, по данным портала RP5, температура упала до минус 33–34 (а по ощущениям было все минус 40–41, но я с трудом представляю, как это проверить на глаз).
В итоге, когда я пробежал около 200 метров до своего поезда, всё было в инее — борода, ресницы, брови и даже глаза! Но я это сделал :)
Больше интересных статей здесь: Путешествия.
Источник статьи: Вологда: выморозка на стыке ойкумены и фронтира.