В феврале 1945 года, накануне решающего штурма Берлина, перед нашей авиацией встала серьёзная и, казалось бы, неразрешимая задача.
С приходом оттепели полевые аэродромы, на которые мы так рассчитывали зимой, буквально раскисли. Твёрдый промёрзший грунт, надёжно служивший взлётной полосой, теперь превратился в вязкое, непроходимое болото. Самолёты в нём просто увязали.
Это напрямую ударило по нашей боеспособности — активность авиации резко упала. Мы не могли эффективно поддерживать наступающие войска в самый критический момент.
Командир нашей дивизии, Александр Иванович Покрышкин, оказался в очень сложном положении. Нужно было срочно искать выход. Строить новый полноценный аэродром в прифронтовой полосе было нереально — не хватало ни времени, ни ресурсов.
Лётчик-ас Иван Ильич Бабак в своих мемуарах «Звезды на крыльях» очень точно описал ту тяжёлую атмосферу:
"Февральское небо фашистской Германии в сорок пятом встретило авиаторов неприветливой погодой: низкой облачностью, частыми снегопадами, туманами... Неудержимым порывом к наступательным боям жила и наша истребительная авиация.
Обратите внимание: Обнаружил тубус с знаками «биологической опасности» на окраине военного аэродрома. Выясняю, что же это.
Как назло, нам очень не везло — мешала весенняя распутица. Поверхность аэродромов в оттепель превращалась в непролазное месиво. Ни взлететь, ни сесть на таком аэродроме нельзя. Разве только в отдельные дни, утром рано, когда поверхность земли сковывают слабые заморозки, удавалось сделать один-другой вылет. Тяжело было сознавать, что в этом последнем финишном марше наземных войск мы, летчики, не принимаем должного участия..."Первым делом мы попытались спасти положение на аэродроме у Тайфельде. Весь личный состав дивизии бросили на расчистку взлётной полосы — снимали верхний раскисший слой грунта.
Но это была лишь полумера, которая дала очень кратковременный эффект.
Ранним утром, пока земля ещё подмёрзла, взлёт и посадка были возможны. Но стоило солнцу пригреть, как тяжёлые самолёты снова врезались колёсами в грязь, оставляя глубокие колеи. Каждая такая борозда делала полосу ещё опаснее.
И тогда родилось гениальное, по-военному смелое решение!
Именно Александр Иванович Покрышкин предложил использовать в качестве аэродрома участок немецкой автострады Берлин – Бреслау. Это была идеальная, с твёрдым покрытием, прямая и длинная взлётно-посадочная полоса, созданная самими немцами.
Противник был в полном недоумении. Немецкое командование ломало голову, откуда внезапно появляются наши истребители, ведь в радиусе ста километров не было зафиксировано ни одного действующего аэродрома.
Чтобы раскрыть эту загадку, фашисты даже забрасывали в наш тыл разведывательные группы, но все их попытки проваливались — мы хорошо охраняли свой секрет.
Мы оборудовали стоянки для самолётов прямо в лесу, вдоль автобана. Перед вылетом технику быстро выкатывали на идеальное бетонное покрытие дороги, взлетали, выполняли задание, а после посадки так же стремительно убирали машины под сень деревьев, скрывая от глаз противника.
А как вы оцениваете эту смекалку и находчивость Александра Ивановича Покрышкина? Напишите своё мнение в комментариях.
Если вам понравился этот рассказ о военной смекалке, подписывайтесь на мой канал — здесь будет много подобных историй.
Больше интересных статей здесь: Туризм.
Источник статьи: Как комдив А.И. Покрышкин приспособил немецкий автобан для аэродрома.