Мне посчастливилось пообщаться с Майком Либеки во время его визита в Москву. Этот 47-летний скалолаз и путешественник предпочитает покорять вершины в полном одиночестве. За его плечами — более пятидесяти экспедиций в самые отдалённые уголки планеты: от ледяных просторов Гренландии и Антарктиды до тропиков Мадагаскара и Французской Полинезии, от горных хребтов Китая и Киргизстана до других труднодоступных мест. Наша беседа затронула философию его одиночных (и многим кажущихся безрассудными) путешествий, а также ту важную часть жизни, которую он посвящает семье.
Свобода и ответственность
Есть особое, ни с чем не сравнимое чувство, когда после сложного восхождения осознаёшь: всё это ты сделал самостоятельно, полагаясь только на собственные силы. Я глубоко убеждён, что в таких ситуациях доверять можно лишь себе. Напарник — это всегда переменная: он может запаниковать, потерять мотивацию или просто отказаться идти дальше. Зачем мне эти дополнительные сложности и непредсказуемость? Я не хочу зависеть от решений, настроения или возможностей другого человека.
Цена одиночества
Экспедиции длятся неделями, и всё это время ты остаёшься наедине с собой. Не с кем разделить тяготы пути, обсудить впечатления или просто поговорить. Но самое главное — ты отдаёшь себе отчёт: в случае чрезвычайной ситуации помощи ждать неоткуда. Допустим, начнётся камнепад, и один из валунов сломает тебе руку. В группе из трёх человек это серьёзная, но решаемая проблема — товарищи помогут спуститься. А если ты один? Подобные мысли, конечно, создают колоссальное психологическое давление, с которым нужно уметь жить.
Истоки страсти
Я родился и вырос в Калифорнии, по соседству с национальным парком Йосемити — легендарным местом паломничества скалолазов со всего мира. Неудивительно, что лазить по скалам я начал, кажется, ещё до того, как освоил арифметику. После школы я постоянно пропадал на йосемитских гранитных стенах, занимаясь этим круглый год. Была и ещё одна причина моей увлечённости: я всегда любил физику и математику. А скалолазание — это, по сути, прикладная наука. Нужно с математической точностью просчитывать маршрут, точки страховки, натяжение верёвок, оценивать риски. Здесь формулы и расчёты — твои верные союзники.
Момент истины
Однажды во время подъёма на моём пути оказался огромный камень, размером с это окно (показывает на окно ресторана — прим. МН). Он выглядел крайне ненадёжно, и я долго сомневался, можно ли использовать его как опору. В итоге интуиция подсказала обойти этот участок. И всего через пять минут, по неведомой причине, эта махина сорвалась и рухнула в пропасть. Меня охватил леденящий ужас — я мог полететь вместе с ней. В ту ночь я, признаюсь, плакал, как ребёнок, думая о своей дочери и о том, что она могла бы остаться сиротой.
Две половины жизни
Моя жизнь чётко разделена на две равные и очень важные части. Половину времени я провожу в экспедициях, а вторую — с дочерью. Вы слышали об организации National Parent Teacher Association (NPTA)? Это объединение родителей, которое активно участвует в школьной жизни: следит за условиями обучения, вносит предложения, организует мероприятия. Я тренирую футбольную команду, где играет моя дочь. И, к слову, в нашем местном отделении NPTA я — единственный мужчина-активист.
Эволюция подходов
Да, я иду на риск, но только тогда, когда он осознан, оправдан и необходим для достижения цели в конкретных условиях. С годами мои принципы тоже эволюционируют. Например, я стал брать с собой в экспедиции спутниковый телефон — раньше я принципиально отказывался от этой связи с внешним миром, считая её излишней.
Интервью брал специально для Men's Health Russia.
Zorkinadventures. Мужской опыт и истории. Рассказы о вещах, местах, событиях и героях. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить свежие публикации!Присылайте свои истории на Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.